Опыт использования системной энзимотерапии в онкологии

Международные названия

Классификация

(Л.П. Киндзельский, В.Л. Ганул, В.И. Тарутинов, И.И. Смоланка, С.И. Коровин, О.В. Пономарева, В.Ф. Чехун, М.Ю. Коломоец)

В онкологической практике традиционно применяют три основных метода лечения: хирургический, лучевая и химиотерапия.

Возможности улучшения результатов хирургического и комбинированного лечения при использовании препаратов СЭТ

Как самостоятельный метод хирургическое лечение применяют в 37–42% случаев. Около 25% больных получают комбинированное лечение (сочетание хирургического метода с лучевой и/или химиотерапией).

Применение хирургического метода необходимо для разрешения следующих задач:

  • диагностической, в том числе для верификации процесса и определения степени его распространенности;
  • лечебной, в том числе для радикального и паллиативного лечения и хирургической реабилитации.

В настоящей публикации проанализированы возможности улучшения результатов применения хирургического метода с лечебной целью.

Показанием для применения этого метода является наличие опухолевого процесса.

Радикальную операцию применяют:

  • при доброкачественных опухолях;
  • при большинстве местно-локализованных солидных злокачественных опухолей.

Радикальное хирургическое вмешательство в онкологии заключается в удалении пораженного органа и зон регионарного метастазирования в пределах здоровых тканей. Однако в связи с расширением наших представлений о морфологии и патогенезе опухолевого роста выявлено несоответствие макроскопических границ распространения опухоли и истинной микроскопической степени ее распространенности.

Расширение объема операции не дает в таких случаях улучшения ее результатов; более целесообразным является использование для повышения противоопухолевого эффекта комплексного (химиотерапия и облучение) либо комбинированного (химиотерапия или облучение) лечения. Химиотерапевтический и лучевой компоненты применяют до, после либо во время операции; их также можно сочетать.

Использование химиотерапии в предоперационный период для уменьшения массы опухоли называется неоадъювантной терапией, а профилактическая химиотерапия после операции — адъювантной.

Однако следует отметить, что хирургическое вмешательство чревато целым рядом осложнений, в первую очередь гнойно-септических. С учетом иммунодепрессии у пациентов со злокачественными новообразованиями чрезвычайно важным является поиск путей профилактики гнойно-септических осложнений, а также потенцирования эффективности антибактериальной терапии.

Возможности радикального хирургического лечения могут быть расширены за счет повышения эффективности предоперационных (неоадъювантных) методов лечения и снижения числа послеоперационных осложнений.

Разработка оптимальных программ адъювантной терапии способна существенно повысить отдаленные результаты лечения больных как после радикального, так и после паллиативного хирургического вмешательства.

Хирургическая реабилитация производится для повышения качества жизни больных; для этого разрабатываются органосберегающие и функционально-щадящие операции в тех случаях, когда риск развития рецидива заболевания ниже, чем отдаленного метастазирования, а первичная опухоль чувствительна к консервативному лечению. К реабилитационным мероприятиям относятся также реконструктивные операции.

Наряду с усовершенствованием техники реабилитационных хирургических вмешательств, чрезвычайно важна разработка неинвазивных (в том числе медикаментозных) методов реабилитации онкологических больных, способных повысить качество их жизни.

В.Л. Ганул, И.И. Смоланка (1999) приводят данные, свидетельствующие о возможности улучшения результатов комбинированного лечения рака легкого и злокачественных тимом с помощью СЭТ. Хирургическая операция в сочетании с лучевой и химиотерапией является основным и самым важным способом в лечении больных раком легкого и злокачественными тимомами, особенно при распространенных формах заболевания.

В целях повышения эффективности лечения и профилактики осложнений у этой категории больных использовались полиэнзимные препараты во время комбинированного лечения. Для этого назначали препарат вобэ-мугос Е.

СЭТ применяли в следующих случаях:

  • пред- и послеоперационная лучевая терапия (у 15 больных раком легкого и 18 больных со злокачественными тимомами);
  • предоперационная лучевая либо химиотерапия с послеоперационной химиолучевой терапией (17 больных раком легкого).

Гамма-терапию проводили по единой методике. После топометрической подготовки предоперационное облучение опухоли осуществляли ежедневно на аппарате «Рокус» в статическом режиме с двух встречных полей в разовой дозе 5 Гр. Суммарная доза составила 25 Гр. В зону облучения включалась первичная локализация опухоли и зоны регионарных лимфатических коллекторов. Операцию выполняли после двухнедельного перерыва (для полной реализации эффекта радиотерапии). Послеоперационное облучение начинали через 2–3 нед с целью девитализации раковых клеток в лимфатических протоках и узлах, полное (радикальное) удаление которых невозможно проконтролировать, а также после пробных торакотомий. Оно проводилось по методике мелкого или среднего фракционирования дозы (2–3 Гр ежедневно до суммарной дозы 30 Гр).

Учитывая механизм противоопухолевого действия и синхронизацию клеточного цикла использовались в основном такие схемы предоперационной химиотерапии: 1) циклофосфан 400 мг/м2 + адриамицин 40 мг/м2 или винкристин 1,4 мг/м2; 2) вепезид 100 мг/м2 + цисплатин 40 мг/м2 внутривенно. Через 5–7 дней после полихимиотерапии (ПХТ) выполняли хирургическую операцию. Если после радикальной операции при патогистологическом исследовании операционного материала выявлялись метастазы в лимфатических узлах, то внутривенную ПХТ повторяли через 2 нед после операции. Повторный курс химиотерапии рекомендовали через 1 мес после выписки из стационара. После пробных торакотомий через 2–3 нед начинали химиолучевую терапию.
СЭТ (препарат вобэ-мугос Е в дозе 9 таблеток в сутки) назначали на протяжении 2 мес на фоне лучевой и химиотерапии в пред- и послеоперационный период.

Побочные реакции во время лечения (общая слабость, тошнота, рвота и др.) были обусловлены лучевой либо химиотерапией. Они самостоятельно проходили через 1 нед после окончания лечения.

Следует отметить, что побочные явления у больных, которые получали вобэ-мугос Е, были выражены меньше и исчезали быстрее.

Несмотря на то, что полиэнзимные препараты увеличивают фибринолитическую активность плазмы крови, вероятность кровотечения во время операции и раннего послеоперационного периода не повышалась.

Была проанализирована частота гнойно-септических осложнений у больных, которые получали лучевую и химиотерапию на фоне СЭТ и без нее. Результаты исследования представлены в табл. 54.

Гнойно-септические осложнения развились у 5 (18,5%) больных раком легкого после пред- и постоперационного облучения (у 3 — воспаление операционной раны, у 2 — эмпиема) и у 3 (13,6%) больных после химиолучевого лечения (у 2 — воспаление операционной раны, у 1 — эмпиема). У 3 (9,4%) больных со злокачественными тимомами после пред- и постоперационной лучевой терапии возникли гнойно-септические осложнения: у 2 — воспаление операционной раны, у 1 — медиастинит. Только у 1 (6,7%) больного раком легкого после пред- и постоперационного облучения на фоне вобэ-мугос Е возникло воспаление операционной раны.

Известно, что качество жизни больных раком молочной железы может быть в послеоперационный период снижено за счет развития лимфостаза, болевого синдрома и тугоподвижности плечевого сустава на стороне операции. Комплекс реабилитационных мероприятий включает ЛФК и массаж. Чрезвычайно важно также применение полиэнзимных препаратов (флогэнзим по 9 таблеток или вобэнзим по 9 драже в сутки на протяжении 1–3 мес) для профилактики и лечения послеоперационного лимфостаза, который усиливается неоадъювантной или адьювантной лучевой терапией. В таких случаях целесообразно сочетание перорального приема полиэнзимов с местными аппликациями мази вобэ-мугос Е (Тарутинов В.И., 1998).

Интересные наблюдения приведены С.И. Коровиным (1999). Им разработана уникальная методика комбинированного лечения меланомы кожи, которая является одним из самых быстротекущих злокачественных новообразований [76]. Для этой опухоли характерны короткие сроки ремиссии, способность метастазировать во все органы и ткани. Естественно, что при таком бурном развитии заболевания срок жизни больных относительно невелик.

Единственным адекватным и эффективным способом лечения мелано­бластомы кожи остается хирургический. Однако несмотря на возможность радикального удаления первичной опухоли и ее регионарных метастазов, дальнейшее развитие заболевания практически неизбежно.

На протяжении всей истории существования онкологии продолжались попытки улучшить исходы операций путем применения различных противорецидивных методов лечения.

Опухолевая агрессия подразумевает прежде всего интенсивный инвазивный рост, что приводит к проникновению отдельных клеток и целых клеточных конгломератов в просветы сосудов и серозные полости.

В период транспорта в кровеносном или лимфатическом русле злокачественные клетки вступают в определенные взаимоотношения друг с другом, с иными циркулирующими клетками, растворимыми факторами различного генеза и с сосудистым эндотелием. Среди клеточных взаимоотношений, определяющих прикрепление и выживаемость опухолевых клеток, существенную роль играют их гомологичная адгезивность (прикрепление клеток друг к другу) и формирование опухолевых многоклеточных эмболов, а также гетерологичные адгезивные потенции, реализующиеся в прилипании клеток к тромбоцитам, лимфоцитам или зндотелиальным клеткам и их субэндотелиальному матриксу. «Выход» опухолевых клеток из сосудистого русла сопровождается вторичной инвазией сосудистого эндотелия и осуществляется, по-видимому, с помощью тех же механизмов, которые участвуют в первичной инфильтрации окружающих опухоль тканей.

Если в предоперационный и ранний послеоперационный период больным назначать интенсивную энзимотерапию, это повысит литическую способность плазмы крови, что будет существенно нивелировать адгезивную активность опухолевых эмболов. Можно предположить, что метастатическая колонизация органов и тканей в послеоперационный период будет за­труднена или полностью предотвращена благодаря такой терапии. Следует заметить, что достаточно большой выброс опухолевых клеток в сосудистое русло связан с манипуляцией опухолью во время операции, особенно в случаях удаления метастатических узлов (Мазуров В.И. и соавт., 1999).

За неделю до планируемой операции больные начинали получать вобэ-мугос Е ежедневно по 2 таблетки 5 раз в сутки. На следующий день после операции лечение возобновлялось. Пациенты продолжали ежедневно принимать препарат по 1 таблетке 5 раз в сутки на протяжении 6 мес после удаления метастазов.
За истекшие два года наблюдения у 4 (28,5%) пациентов исследуемой группы были выявлены признаки дальнейшего прогрессирования заболевания; 2 (14,3%) из них умерли в сроки 10 мес и 1,5 года после операции. Годовая безрецидивная выживаемость составила 71,5%, а общая годовая выживаемость — 85,7%. В группе анамнестического контроля годовая безрецидивная выживаемость была равной 54,2±2,4%, а общая годовая выживаемость — 68,7%, т.е., прослеживается отчетливая тенденция к увеличению общей и безрецидивной выживаемости больных с меланомой, хирургическое лечение у которых проводили на фоне СЭТ.

Таким образом, СЭТ позволяет ускорить ликвидацию лимфостаза у больных раком молочной железы, существенно уменьшить количество послеоперационных гнойно-септических осложнений и улучшить отдаленные результаты лечения.

Профилактика и лечение постлучевых осложнений с применением СЭТ

Лучевая терапия — метод лечения с использованием ионизирующих излучений. В лучевой терапии нуждается около 65% онкологических больных. Показанием к назначению лучевой терапии является наличие морфологически верифицированной радиочувствительной злокачественной опухоли. В зависимости от локализации, стадии процесса, радиочувствительности, общего состояния больного лучевая терапия может быть радикальной либо паллиативной. Современная лучевая терапия проводится с использованием различных видов ионизирующего излучения и различных способов подведения их энергии к патологическому очагу. Основной задачей является максимальное повреждение опухолевых клеток и минимальное воздействие на окружающие здоровые ткани, что обеспечивается рациональным планированием лучевой терапии.

При радикальном применении лучевой терапии предполагается полное уничтожение злокачественной опухоли и излечение больного. В таком случае к очагу поражения подводят лечебную дозу, а к зонам возможного субклинического поражения — профилактическую.

При паллиативной лучевой терапии основной задачей является уменьшение биологической активности, торможение роста, что приводит к уменьшению размеров опухоли и уменьшению либо ликвидации ряда симптомов (боль, воспалительная реакция и др.).

При различных локализациях рака и злокачественных лимфомах проводят химиолучевое лечение, которое предусматривает последовательное или одновременное применение лучевого и лекарственного лечения.

Возможно также проведение лучевого лечения на фоне гормонотерапии у больных с гормонозависимыми опухолями.

Несмотря на рациональное планирование лучевой терапии и ее оптимальное дозирование в поле облучения попадают здоровые ткани, в которых возникают лучевые реакции. Лучевые реакции подразделяются на местные и общие, а по времени развития — на острые и поздние.

К общим лучевым реакциям относятся функциональные нарушения со стороны центральной нервной системы, органов кроветворения, пищеварительной системы. Клинически они проявляются умеренной лейкопенией, тромбоцитопенией, слабостью, головной болью, головокружением, сонливостью, эмоциональной лабильностью, снижением аппетита, тошнотой, рвотой и др. Местные лучевые реакции могут возникать в любой области, подверженной действию лучевой терапии.

Для клинической картины любых проявлений острой либо поздней лучевой реакции характерны стадии по степени тяжести:

степень 0 — норма;

степень 1 — минимальные изменения самочувствия, не влияющие на общую активность больного, изменения лабораторных показателей не требуют коррекции;

степень 2 — умеренные изменения, нарушающие самочувствие и состояние больного; изменения лабораторных показателей умеренны, однако требуют коррекции;

степень 3 — выраженные нарушения самочувствия, состояния и лабораторных показателей, требующие активного симптоматического лечения;

степень 4 — опасна для жизни, требует интенсивной терапии либо симптоматического хирургического вмешательства.

Традиционно основным методом профилактики постлучевых осложнений считается адекватное планирование лучевой терапии, т.е. подбор оптимального дозового режима и корректная топометрическая подготовка. Однако возникновение постлучевых осложнений весьма вероятно даже при использовании современного оборудования для топометрической подготовки и проведения лучевой терапии, что связано в первую очередь с индивидуальной радиочувствительностью. Ряд острых лучевых реакций (например, постлучевой пульмонит) непосредственно угрожает жизни пациента. Поздние лучевые реакции (в первую очередь дерматофиброз, фиброз мягких тканей, пневмофиброз и др.) существенно снижают качество жизни онкологических больных, находящихся в состоянии ремиссии. Поэтому поиск медикаментозных методов профилактики постлучевых реакций остается актуальной задачей.

В последние годы все большее внимание уделяется разработке оптимальных программ комбинированного лечения злокачественных опухолей, включающих не только традиционные методы (оперативное лечение, химиотерапию и лучевую терапию), но и так называемую сопроводительную терапию — комплекс мер, направленных на максимальную реализацию цитостатического эффекта и защиту организма от побочных воздействий противоопухолевого лечения.

В первую очередь следует подчеркнуть способность СЭТ улучшать переносимость лучевой терапии у больных с различной локализацией злокачественных новообразований [48]. В УНИИОР проведено обследование 101 больного со злокачественными лимфомами, 16 больных раком тела и 14 — шейки матки, 19 больных раком легкого, 11 — злокачественными тимомами и 38 — раком молочной железы. С учетом неоднородности основной группы проведен анализ действия профилактического комплекса, содержащего СЭТ, на симптомы, свидетельствующие об общей интоксикации и встречающиеся при любой нозологической форме. При исследовании клинических показателей получены такие результаты: перед началом облучения и в его первые дни больные жаловались на общую слабость — 145 (72,86%) больных основной группы и 142 (74,73%) контрольной, головную боль — соответственно 143 (71,85%) и 134 (70,52%) больных, на снижение массы тела — соответственно 146 (73,37%) и 139 (73,16%) больных, субфебрильную температуру — соответственно 92 (46,23%) и 87 (45,78%) больных, потерю аппетита — соответственно 178 (89,45%) и 165 (86,84%) больных, тошноту — соответственно 53 (26,63%) и 53 (27,89%) больных.

Сопроводительную терапию (вобэ-мугос Е в дозе 9 таблеток в сутки) назначали на фоне всего комплекса лучевой терапии — на протяжении 2–4 мес для профилактики острой лучевой реакции; кроме полиэнзимов в комплексе сопроводительной терапии применялись гепатопротекторы (эссенциале, карсил в обычной суточной дозе), антиоксиданты (аскорбиновая кислота — 0,5 г в сутки, токоферола ацетат — 400 UE в сутки, ретинола ацетат — 100 000 ЕД в сутки перорально). Применение комплекса сопроводительной терапии на фоне лучевой терапии привело к улучшению общего состояния больных. Результаты лечения приведены в табл. 55.

Обращает на себя внимание подавляющее большинство случаев исчезновения жалоб и их значительного уменьшения в основной группе после окончания курса специфического лечения на фоне сопроводительной терапии. В контрольной группе преимущественно зарегистрированы случаи незначительного улучшения и неизменившегося состояния. Отмечается также тенденция к увеличению количества случаев ухудшения общего состояния у больных контрольной группы.

Учитывая наличие общих патогенетических звеньев у неспецифического воспалительного процесса и острой постлучевой реакции, не вызывает сомнения способность полиэнзимных препаратов препятствовать развитию острых постлучевых пульмонитов либо смягчать их клиническое течение, что позволяет избежать формирования поздних лучевых реакций со стороны легких — пневмофиброзов.

Л.П. Киндзельский и соавторы (1999) привели результаты влияния комплекса сопроводительной терапии на фоне облучения средостения и/или легких у пациентов с болезнью Ходжкина (45 больных основной группы и 43 — контрольной), неходжкинскими лимфомами (соответственно 10 и 9 больных), злокачественными тимомами (соответственно 11 и 10 больных) и раком легкого (соответственно 19 и 18 больных).

Сопроводительную терапию (препарат вобэ-мугос Е в дозе 9 таблеток в сутки) назначали на протяжении 2–4 мес для профилактики постлучевых пневмофиброзов; кроме полиэнзимов применяли: солкосерил (внутримышечные инъекции по 2 мл 1 раз в сутки в течение 30 дней), антиоксиданты (аскорбиновая кислота — 0,5 г в сутки, токоферола ацетат — 400 UE в сутки, ретинола ацетат — 100 000 ЕД в сутки перорально), кальция пангамат (витамин В15) — 1 таблетка 3 раза в сутки в течение месяца, пиридоксина гидрохлорид 1 мл внутримышечно в течение 20 сут. Кроме того, СЭТ применяли у больных с острой лучевой реакцией со стороны легких — постлучевым пульмонитом — на протяжении 1 мес.

Лечение постлучевого пульмонита — очень сложная задача. Острый период, клиническая картина которого сходна с тяжелым течением пневмонии, требует соответствующей симптоматической терапии. Сердечные гликозиды, дыхательные аналептики, мочегонные препараты, спазмолитики, отхаркивающие — обязательный комплекс средств, способных облегчить состояние больного. В значительном большинстве случаев неизбежно назначение кортикостероидов (чаще — парентерально; предпочтение отдается дексаметазону). Считается, что течение пульмонита — асептический процесс, но наслоение вторичной инфекции у больных с иммунодефицитом происходит очень быстро, поэтому назначать антибиотики необходимо сразу. Предпочтение следует отдавать антибиотикам цефалоспоринового ряда. Вобэ-мугос Е назначали с первых дней лечения пульмонита в суточной дозе 9 таблеток на протяжении 1 мес.

В табл. 56 приведена динамика физикальных и рентгенологических данных после облучения средостения и/или легких на фоне профилактики постлучевого пульмонита и фиброза полиэнзимами. Улучшением рентгенологической картины считается положительная динамика основного заболевания и уменьшение признаков постлучевых осложнений; в графе «без изменений» приведены случаи стабилизации рентгенологической картины как основного заболевания, так и лучевых реакций. Ухудшением считаются случаи развития постлучевого пульмонита и/или фиброза; на протяжении периода наблюдения (1 год) случаев рецидива в основной группе не зарегистрировано, в контрольной группе к концу периода наблюдения у 2 (2,5%) больных зарегистрированы рецидивы рака легкого, но в табл. 56 приведены данные только о количестве лучевых осложнений.

Обращает на себя внимание значительное количество больных с улучшением физикальных данных в основной группе и значительное увеличение числа больных с улучшением рентгенологической картины на протяжении первого года наблюдения; в контрольной группе через 1 год после лечения доминировали случаи стабилизации рентгенологической картины — 73,75%.

В основной группе постлучевой пульмонит возникал значительно реже — в 5 случаях (5,88%, все больные — с рецидивами лимфогранулематоза). В контрольной группе постлучевой пульмонит развился в 33,75% случаев (27 пациентов, из них 6 первичных больных лимфогранулематозом, 9 — раком легкого, 3 — со злокачественными тимомами и 9 — с рецидивами болезни Ходжкина). Течение постлучевого пульмонита у всех больных основной группы было легким и субклиническим, тогда как в контрольной группе диагностировано преимущественно тяжелое (5 случаев, или 6,25%) и среднетяжелое (22 случая, или 27,5%).

Развитие пневмофиброза на протяжении первого года наблюдения в основной группе зарегистрировано в 3 (3,5%) случаях. В группе контроля зарегистрировано 25 (31,25%) случаев постлучевого фиброза.

Применение лечебного симптомокомплекса с включением полиэнзимов при сформировавшемся постлучевом пневмофиброзе у больных основной группы привело к значительному улучшению общего состояния больных (исчезновение одышки, уменьшение кашля, облегчение отхождения мокроты, уменьшение явлений общей интоксикации и др.) на фоне стабилизации рентгенологической картины.

К поздним осложнениям лучевой терапии относятся лучевой дерматофиброз и фиброз мягких тканей. Исследованы больные лимфогранулематозом (32 больных в основной и 30 в контрольной группе), неходжкинскими лимфомами (соответственно 32 и 25 больных), раком молочной железы (соответственно 11 и 10 больных), раком тела матки (соответственно 16 и 13 больных) и раком шейки матки (соответственно 14 и 12 больных).

В табл. 57 приведены данные о профилактических свойствах сопроводительного комплекса, включающего СЭТ, по отношению к развитию фиброзных изменений и лимфостаза в области верхних конечностей вследствие хирургического вмешательства и облучения при раке молочной железы, лимфостаза в области нижних конечностей вследствие развития лучевого фиброза в пахово-подвздошных областях у больных со злокачественными лимфомами или фиброзных изменений кожи, подкожной клетчатки и органов малого таза после облучения больных раком тела или шейки матки. Адекватное лечение острой лучевой реакции кожи — эпителиита — является звеном профилактики дерматофиброза. В острый период назначали противовоспалительные средства: мазь этония, метилурациловую мазь, пектиновый гидрогель, противоожоговые аэрозоли («Ливиан», «Пантенол» и др.), масло шиповника или облепихи; после ликвидации отека и воспаления применяли препараты, стимулирующие регенерацию (желе «Солкосерил», пектиновый гидрогель, 0,5% раствор галаскорбина и др.). Местное лечение использовали на фоне перорального приема флогэнзима (3 таблетки 2 раза в сутки), который значительно ускорял процесс ликвидации отека и воспаления. После завершения эпителизации продолжали профилактическое лечение дерматофиброза, для чего назначали прямые и непрямые антикоагулянты (местно), спазмолитики (но-шпа, никотиновая кислота), мазь вобэ-мугос Е 3 раза в сутки. Местную терапию применяли на фоне перорального приема вобэ-мугос Е по 9 таблеток в сутки.

Обращает на себя внимание значительное уменьшение числа случаев фиброзных изменений и практическое отсутствие лимфостаза у больных основной группы после первичного облучения на протяжении первого года наблюдения и сохранение этой тенденции на протяжении трехлетнего периода.

Повторное облучение (все случаи связаны с рецидивами злокачественных лимфом в пахово-подвздошных лимфатических узлах) приводит к увеличению числа осложнений в обеих группах, но следует заметить, что тенденция к их уменьшению в основной группе сохраняется на протяжении всего периода наблюдения.

На опыте наблюдения больных лимфогранулематозом (53 больных основной группы и 50 — контрольной) и неходжкинскми лимфомами (соответственно 48 и 47) систематизированы данные, касающиеся постлучевых реакций со стороны почек и печени (учитывая, что при облучении конгломератов лимфатических узлов разной локализации упомянутые органы могут подвергаться облучению); исследовано протекторное действие на упомянутые органы препарата вобэ-мугос Е, который назначали в дозе 9 таблеток в сутки на протяжении 1 мес. Кроме полиэнзимного препарата больные получали антиоксидантный витаминный комплекс. Оценку протекторного действия комплекса сопроводительной терапии на почки и печень осуществляли по биохимическим показателям. Сравнительные данные приведены в табл. 58.

Динамика показателей основной группы в процессе лечения достоверно не отличается от контрольной, но по всем параметрам в основной группе сохраняется тенденция к улучшению (снижается билирубин, мочевина, азот мочевины и показатель тимоловой пробы, возрастает показатель содержания общего белка), тогда как в группе контроля билирубин, мочевина, азот мочевины и показатель тимоловой пробы имеют тенденцию к возрастанию, а показатель общего белка снижается.

Рассмотрим еще один аспект применения полиэнзимных препаратов на фоне облучения больных раком шейки матки — потенцирующий эффективность противовоспалительной терапии [215]. Полиэнзимный препарат (вобэ-мугос Е в виде таблеток и мази) применяли у 23 больных раком шейки матки на протяжении всего курса лучевой терапии [48]. У всех больных был цитологически верифицирован плоскоклеточный рак, степень распространенности процесса соответствовала III a-b стадии по классификации FIGO (T3NxM0) с вовлечением в процесс параметральной клетчатки и/или влагалища. 18 пациенток на первом этапе дистанционного облучения (суммарная очаговая доза 30 Гр, подводимая за 15 фракций при фракционировании 5 раз в неделю) получали препарат перорально в дозе 8–12 таблеток в сутки; 5 пациенткам с некротической деструкцией экзофитного компонента дополнительно назначали мазь (аппликации 2–3 раза в день после санации влагалища). На протяжении второго этапа сочетанной лучевой терапии (суммарная доза доводилась до 55 Гр) все пациентки продолжали получать препарат перорально, кроме того, дополнительно к внутривлагалищным жировым тампонам 14 пациенткам проводили дополнительные аппликации мази вобэ-мугос Е. Применение полиэнзимного препарата улучшало переносимость курса облучения, снижало его токсичность, в том числе уменьшая выраженность тошноты при проведении лучевой терапии.

При проведении пероральной терапии препаратом вобэ-мугос Е уменьшается выраженность постлучевого отека после окончания лучевой терапии, снижается частота и выраженность постлучевого фиброза (как подкожно-жировой, так и параметральной клетчатки). При использовании мази вобэ-мугос Е ускоряется процесс очистки шейки матки и влагалища от некротических масс, несколько уменьшается степень выраженности постлучевого эпителиита. Мазь вобэ-мугос Е оказалась эффективным средством комплексного лечения инфекционных осложнений, возникающих в процессе сочетанной лучевой терапии. На фоне облучения у 7 больных обострился имевшийся ранее хронический кольпит, вызванный микст-флорой. Дополнительное использование полиэнзимной мази при проведении местной антибиотикотерапии привело к сокращению продолжительности процесса на 3–4 дня (почти вдвое).

В.В. Опрышко и А.В. Кубышкин (1998) [111] применяли вобэнзим и крем вобэ-мугос Е в комплексной терапии злокачественных новообразований головы и шеи. Авторы разрабатывали пути повышения эффективности комплекс­ной терапии при злокачественных новообразованиях следующей локализации: дно полости рта, язык, миндалины, альвеолярный отросток нижней челюсти, носоглотка, ротоглотка, нос, ретромолярная ямка, мягкое нёбо, щеки, верхнечелюстные пазухи. Всем больным перед началом лучевого лечения проводили ПХТ циклофосфаном, метотрексатом и 5-фторурацилом по 5 дней или по схеме: 5 дней фторурацил и 3 дня платидиам по 30 мг ежедневно. Лучевое лечение осуществляли ежедневно по 2 Гр или первые 3 дня по 3,8 Гр, а затем переходили на 2 Гр. Число фракций за неделю — 5. Перед назначением лучевой терапии, а части больных (5 человек) и перед ПХТ назначали вобэ-мугос Е по 4–5 таблеток 3 раза в сутки за 40 мин до еды. Из 14 больных у 10 опухоль локализовалась в области дна полости рта, в основном Т3-Т4 с метастазами в шейные лимфатические узлы и у 4 в области языка. Контрольную группу составили 18 пациентов, которые лечились по аналогичной стандартной схеме без применения препаратов СЭТ. При проведении лучевой терапии применяли вобэнзим при параллельном приеме сверхвысоких доз витаминов А и Е. Местно, соответственно полям облучения, применяли мазь вобэ-мугос Е. Все больные, которые принимали вобэ-мугос Е, отмечали более позднее появление болевого синдрома, и он был значительно менее выражен по сравнению с контрольной группой. Средняя очаговая доза у больных на фоне вобэ-мугоса Е, при которой появлялся островковый эпителий, составила 36,4 Гр, в контрольной группе — 28,7 Гр (разница — 28,7%). Кроме того, у больных контрольной группы в связи с ранним появлением островкового эпителиита перерыв в лечении пришлось делать дважды. Предварительные клинические, инструментальные, биохимические и патоморфологические данные свидетельствуют о более выраженном противоопухолевом эффекте комплексного воздействия лучевой терапии и препаратов СЭТ по сравнению со стандартными методами лечения при отсутствии выраженных лучевых реакций и повреждений. Сходные данные получены М.И. Хворостенко (1998), проводившим лучевое лечение на фоне применения вобэ-мугоса Е 14 больным с опухолями полости рта.

Таким образом, СЭТ позволяет улучшить переносимость лучевой терапии, предупредить либо смягчить клиническое течение целого ряда острых и поздних лучевых реакций со стороны различных органов, что улучшает результаты лечения и повышает качество жизни онкологических больных, а также усилить противовоспалительный эффект антибактериальной терапии и ускорить очищение облучаемых поверхностей от некротических масс.

Модифицирующее и протекторное действие полиэнзимных препаратов при проведении цитостатической терапии

Лекарственная терапия злокачественных опухолей — это применение препаратов, которые тормозят пролиферацию или необратимо повреждают опухолевые клетки.
Существующие противоопухолевые агенты не обладают достаточной избирательностью действия. Они повреждают не только опухолевые клетки, но и дают целый ряд выраженных побочных эффектов, связанных с токсическим воздействием на нормальные ткани. Особенно чувствительными являются интенсивно пролиферирующие ткани — костный мозг, слизистая оболочка кишечника, половые железы, волосяные фолликулы.

Лекарственную терапию можно применять только при морфологически подтвержденном диагнозе злокачественной опухоли. Лечение должно быть индивидуализированным и применяться строго по показаниям: при распространенном опухолевом процессе и чувствительности опухоли к химиотерапии. При гемобластозах и диссеминированных формах злокачественных опухолей лекарственная терапия является основным методом лечения. В ранних стадиях солидных злокачественных опухолей она применяется только в качестве компонента комплексного или комбинированного лечения.

В настоящее время в практике клинической химиотерапии имеется несколько десятков противоопухолевых препаратов различных групп; постоянно ведется поиск новых цитостатических агентов и внедрение их в клиническую практику.

Чувствительность различных опухолей к разным цитостатикам избирательна.

Применение нескольких противоопухолевых препаратов (полихимиотерапия) в сравнении с монохимиотерапией (применение одного цитостатика) считается более эффективным.
Оценка лечебной эффективности производится по критериям объективного и субъективного эффекта; система критериев разработана группой экспертов ВОЗ. Субъективный эффект оценивают по изменению статуса, уменьшению либо исчезновению боли и изменению массы тела. Степень выраженности изменений определяется по 5-балльной системе (0 — отсутствие симптомов, 1 — умеренная выраженность симптомов, 2 — средняя степень тяжести, 3 — тяжелые, 4 — угрожающие жизни).

Объективная эффективность оценивается следующим образом:

1 — полная ремиссия — полное исчезновение всех клинических и лабораторных признаков заболевания на срок не менее 4 нед (для гемобластозов — нормализация миелограммы и гемограммы);

2 — частичная ремиссия — уменьшение всех опухолей не менее чем на 50% на срок не менее 4 нед;

3 — стабилизация — уменьшение опухоли менее чем на 50% при отсутствии новых поражений либо увеличение опухолевых очагов не более чем на 25%;

4 — прогрессирование — увеличение размеров опухоли не менее чем на 25% и/или появление новых очагов.

Использование химиотерапии как основного метода лечения называется индукционной терапией, применение ее для закрепления достигнутого эффекта называется консолидацией.

Использование противоопухолевых препаратов вызывает ряд побочных эффектов. Различают 5 степеней их выраженности:

степень 0 — нет изменений самочувствия и лабораторных данных;

степень 1 — минимальные изменения, не влияющие на общую активность больного, изменения лабораторных показателей не требуют коррекции;

степень 2 — умеренные изменения, нарушающие нормальную активность и жизнедеятельность пациента и вызывающие заметные изменения лабораторных показателей, требующие коррекции;

степень 3 — резкие нарушения, требующие активного симптоматического лечения, отсрочки либо прекращения химиотерапии;

степень 4 — опасна для жизни, требует отмены химиотерапии и проведения интенсивной терапии.

Условно выделяют непосредственные, ближайшие и отсроченные побочные эффекты. Непосредственные эффекты проявляются сразу либо в течение ближайших суток (гипертермия, рвота и др.), ближайшие — до 3 мес после окончания химиотерапии (неврологические нарушения, миелодепрессия и др.), отсроченные — после 3 мес после проведения курса химиотерапии.

Побочные эффекты химиотерапии часто оказываются лимитирующими; для большинства противоопухолевых препаратов токсическое действие, соответствующее 3-й степени токсичности и выше, является противопоказанием к проведению химиотерапевтического лечения и требует симптоматической терапии.

Чрезвычайно актуальная задача — разработка препаратов, способных пред­отвратить развитие побочных эффектов либо быстро купировать их. Разработки подобных программ лечения ведутся в различных направлениях с учетом частоты встречаемости и степени опасности потенциальных осложнений химиотерапии. Подавляющее большинство цитостатических препаратов обладают гематологической токсичностью, представляющей непосредственную угрозу для жизни больного в связи с опасностью развития вторичной инфекции вследствие лейкопении, тромбоцитопенических кровотечений и др. Нередки также проявления гепатотоксичности, нефротоксичности. Отдельные препараты обладают кардиотоксичностью (антрациклиновые антибиотики), легочной токсичностью (блеомицетин), нейротоксичностью (винкаалкалоиды, препараты платины) и др. Для каждой из типов токсичности существует группа протекторных либо корригирующих препаратов (например, кардио­протектор кардиоксан, уропротектор уромитексан, группа колониестимулирующих факторов для коррекции лейкопении и т.д.), однако каждый из перечисленных препаратов обладает только специфической активностью и не способен оказать протекторное действие на прочие органы и системы. Поэтому в настоящее время большое значение придается средствам, нормализующим реологические свойства крови, межклеточные взаимодействия и клеточный обмен. Именно такие препараты способствуют реализации эффекта цитостатической терапии, препятствуют развитию метастазов опухоли и обладают протекторным действием. Этим требованиям соответствуют полиэнзимные препараты, некоторые частные аспекты применения которых на фоне цито­статической терапии рассмотрены ниже.

Экспериментальное исследование протекторных свойств препарата вобэ-мугос Е по отношению к побочным эффектам доксорубицина проведено в Институте экспериментальной патологии, онкологии и радиобиологии им. Р.Е. Кавецкого.

Среди многообразия противоопухолевых препаратов доксорубицин является одним из наиболее широко применяемых. Достаточно отметить, что этот препарат (относящийся к классу противоопухолевых антибиотиков) является самым широко используемым противоопухолевым средством в лечении гемобластозов и лимфопролиферативных заболеваний, а комбинация его с цисплатином считается одной из самых эффективных в лечении солидных форм злокачественных новообразований. Однако наряду с высокой эффективностью лечение доксорубицином приводит к развитию тяжелых побочных реакций, среди которых лейкопения, кардиопатия и значительные поражения печени встречаются практически у всех больных и являются дозолимитирующими формами токсического действия этого препарата. Поиск гемо-, гепато- и кардиопротекторов токсического действия доксорубицина представляет одну из актуальнейших проблем современной клинической онкологии. Среди возможных «претендентов» на роль протектора (или модификатора) токсических действий доксорубицина особый интерес вызывают полиэнзимные препараты.
Получены следующие результаты.

1. Проведенные исследования показали, что введение животным с экспериментальной опухолью препарата вобэ-мугос Е ни в одной из исследуемых доз не усиливает рост опухоли.

2. Следует обратить внимание на существование тенденции к усилению противоопухолевого эффекта доксорубицина, которая наблюдается при дозе вобэ-мугос Е 10 мг/кг. Известно, что одним из результатов действия препарата является улучшение микроциркуляции крови. Поэтому можно предположить, что вобэ-мугос Е может увеличивать биодоступность опухоли по отношению к доксорубицину.

3. Введение животным доксорубицина вызывало выраженные дистрофические явления, что вместе с нарушением общей архитектуры органа свидетельствовало о токсическом действии противоопухолевого препарата на функционирование органа.

Исследование гистологического строения печени животных, которые на фоне действия доксорубицина получали препарат вобэ-мугос Е, показало частичную нормализацию структуры печени.

Сравнение гепатопротекторного действия различных исследуемых доз препарата вобэ-мугос Е (1 и 10 мг/кг) показало более выраженное действие высокой дозы.
Результаты проведенных морфологических и биохимических исследований влияния вобэ-мугоса Е на гепатотоксичность доксорубицина подтвердили, что полиэнзимный препарат оказывает гепатопротекторное действие, которое проявляется в улучшении клеточной структуры печени.

4. Исследование влияния вобэ-мугос Е на уровень лейкоцитов периферической крови животных на фоне противоопухолевой терапии доксорубицином показало выраженное гемопротекторное действие этого полиэнзимного препарата. Рост перевивной опухоли у крыс обусловливает достоверно выраженный лейкоцитоз. Введение доксорубицина (в курсовой терапевтической дозе) вызывает лейкопению, при которой уровень лейкоцитов в периферической крови снижается на 50% по сравнению с животными с моделью опухоли без воздействия энзимов. Включение в схему лечения доксорубицином препарата вобэ-мугос Е приводит к 35–40% увеличению уровня лейкоцитов у животных после противоопухолевой химиотерапии. Наблюдаемый эффект мало зависит от дозы вобэ-мугос Е.

Таким образом, препарат вобэ-мугос Е оказывает протекторный эффект в отношении миелосупрессорного действия доксорубицина.

Проведенное экспериментальное исследование показало, что препарат вобэ-мугос Е оказывает гепатопротекторное и гемопротекторное действие по отношению к доксорубицину, не стимулируя при этом рост первичной опухоли. Интересно отметить, что применение доксорубицина на фоне приема вобэ-мугоса Е вызывает тенденцию к усилению его противоопухолевой активности; безусловно, в данном случае речь идет только о тенденции к усилению противоопухолевой активности одного из наиболее широко применяемых цитостатиков, однако в онкологической практике нельзя пренебрегать даже самым малым шансом на успех.

Протекторному действию полиэнзимных препаратов посвящен также ряд клинических работ.

Так, М.Ю. Коломоец, М.П. Антофийчук (1999) рассматривали эффективность полиэнзимного препарата вобэ-мугос Е при лимфопролиферативных заболеваниях [73]. Цитостатическая терапия при лимфопролиферативных заболеваниях, особенно на фоне сниженной детоксикационной функции печени, приводит к нарастанию клинических проявлений интоксикации (слабость, тошнота, рвота и др.), выраженных метаболических нарушений, которые сохраняются продолжительное время после окончания лечения. Поэтому предупреждение и уменьшение побочных эффектов препаратов имеет большое значение. Важным индуктором эндотоксикоза являются продукты деградации белка, так называемые среднемолекулярные пептиды. Значительная часть циркулирующих в крови среднемолекулярных пептидов связана с альбумином и мембранами клеток крови. Связывание с белками значительно снижает токсичность среднемолекулярных пептидов, которые депрессивно воздействует на многочисленные звенья гомеостаза. Молекулы среднемолекулярных пептидов повреждают гепатоциты, изменяют функциональное состояние митохондрий, дезинтегрируют функции лимфоцитов, отрицательно влияют на кроветворение, синтез гемоглобина, эритропоэз. Накопление в организме среднемолекулярных пептидов приводит к тяжелой иммунодепрессии, вызывает агрегацию тромбоцитов.

В патогенезе гемореологических и микроциркуляторных нарушений, которые сопровождают и повышают степень тяжести клинического течения эндотоксикоза, большая роль отводится функциональным свойствам эритроцитов, которые представляют основную массу клеток. Так, при лимфопролиферативных заболеваниях, особенно при миеломной болезни, наблюдаются значительные нарушения в системе микроциркуляции. Это в свою очередь усиливает имеющийся эндотоксикоз, соответственно снижая эффективность лечения и ухудшая качество жизни больных. Поэтому обоснованным является использование плазмафереза — метода активной экстракорпоральной детоксикации организма и коррекции микроциркуляторных нарушений. В результате уменьшения патологического влияния токсических веществ происходит «разблокирование» выделительных систем организма при одновременном улучшении реологических свойств циркулирующей крови путем нормализации агрегатного состояния биохимических и биофизических свойств крови. При плазмаферезе достигается эффект дилюции, что не только уменьшает застой в капиллярах, артериолах, но и обеспечивает дренирующую функцию, что проявляется уменьшением общего периферического сосудистого сопротивления, дезагрегацией эритроцитов и тромбоцитов (в результате удаления с плазмой крови дериватов фибриногена, грубодисперсных белков, высокомолекулярных декстранов), повышением их электрофоретической подвижности, уменьшением вязкости крови и улучшением оксигенации эритроцитов с последующей активацией кровообращения в системе микроциркуляции. Однако существует определенная категория больных, которым по тем или иным причинам проведение плазмафереза невозможно. Таким пациентам было бы уместно дополнить схему лечения препаратами, которые улучшают микроциркуляцию и тем самым оптимизируют условия функционирования естественных систем детоксикации организма, в частности в печени. Таким требованиям отвечает комбинированный полиэнзимный препарат вобэ-мугос Е, который активизирует клеточное звено иммунитета (NК-клетки, Т-лимфоциты, макрофаги), нормализует концентрацию цитокинов, повышая таким образом эффективность лучевой и химиотерапии опухолей при одновременном ослаблении их побочных эффектов. При наличии патологически повышенного содержания иммунных комплексов вобэ-мугос Е вызывает их распад и элиминацию за счет стимуляции фагоцитарной активности макрофагов [58].

Всем больным в момент обследования проводили цитостатическую терапию. Больные были разделены на группы: при миеломной болезни — контрольную группу (Iа) составили 10 больных, которых лечили стандарт­ными методами; основную группу (Iб) — 9 больных, которым наряду с цитостатиками назначали вобэ-мугос Е. Больные хроническим лимфолейкозом объединены в группу II, среди которых выделена контрольная группа (IIа) — 10 больных, которые получали базовое лечение, и основная (IIб) — 8 больных, которым базовое лечение дополняли вобэ-мугосом Е.

Препарат назначали по 3 таблетки 3 раза в сутки на протяжении 2 нед при миеломной болезни и 3–4 нед при хроническом лимфолейкозе.

Синдром эндогенной интоксикации определялся у всех пациентов с лимфопролиферативными заболеваниями, о чем свидетельствуют повышение уровня в крови среднемолекулярных пептидов и МДА до начала лечения. Так, при миеломной болезни содержание среднемолекулярных пептидов в контрольной и основной группах превышал норму соответственно на 32,81 и 36,72% (Р < 0,05), МДА — более чем в 2 раза (Р < 0,05) (табл. 59). При хроническом лимфолейкозе содержание маркеров синдрома эндогенной интоксикации было несколько иным: уровень среднемолекулярных пептидов превышал норму на 25% (Р < 0,05), МДА — на 73% (Р < 0,05) (табл. 60). Бульшая выраженность проявлений эндотоксикоза при миеломной болезни в сравнении с хроническим лимфолейкозом (Р < 0,05) обусловлена, с одной стороны, более существенными нарушениями микроциркуляции (за счет гиперпродукции парапротеина); с другой — частым поражением одного из центральных органов естественной детоксикации — почек и развитием миеломной нефропатии.

После проведенной цитостатической терапии содержание в крови МДА в контрольной группе (как при миеломной болезни, так и при хроническом лимфолейкозе) почти не изменялось (Р > 0,05), тогда как у больных, получавших препарат вобэ-мугос Е, наблюдалось снижение этого показателя: при миеломной болезни — на 13,33% (Р < 0,05), при хроническом лимфолейкозе — на 14,47% (Р < 0,05).

Содержание в сыворотке среднемолекулярных пептидов в динамике лечения уменьшалось во всех группах больных, но наиболее существенно в тех, в которых базовое лечение дополнялось СЭТ: при миеломной болезни — на 20,57% (Р < 0,05), при хроническом лимфолейкозе на — 14,15% (Р < 0,05).

Способность эритроцитов к деформации при миеломной болезни снижена: в контрольной группе — на 37,91%, в основной — на 36,49% (Р < 0,05). Это можно объяснить тем, что патологический парапротеин, секретирующийся миеломными клетками при миеломной болезни, значительно повышает вязкость плазмы, «обволакивает» эритроциты, делая их мембраны более «жесткими» и менее лабильными. Изменения, которые претерпели эритроциты в результате лечения, были разнонаправленными. В частности, индекс деформации эритроцитов после лечения у больных хроническим лимфолейкозом группы IIа практически не изменился (Р > 0,05), при миеломной болезни — улучшился на 11,45% (Р < 0,05). В то же время у пациентов, которые принимали наряду с базовым лечением вобэ-мугос Е, индекс деформации эритроцитов существенно улучшился: при миеломной болезни — на 33,58% (Р < 0,05), при хроническом лимфолейкозе — на 30,34% (Р < 0,02) Повышенная в начале лечения вязкость эритроцитарной суспензии после проведения стандартной терапии уменьшалась (Р < 0,05) (см. табл. 59, 60). Значительно интенсивнее эти процессы
происходили на фоне приема вобэ-мугоса Е (Р < 0,05).

Индикатором «надежности» и морфофункционального состояния мембраны эритроцита может быть показатель его сорбционной способности. В результате действия разнообразных повреждающих факторов на эритроциты на их мембранах адсорбируются разнообразные токсические вещества и соединения, что уменьшает концентрацию последних в крови и тем самым проявления интоксикации. Это можно рассматривать как компенсаторный механизм, особенно при условии недостаточности функционирования основных систем детоксикации организма.

До начала лечения у обследованных больных установлено значительное повышение сорбционной способности эритроцитов, особенно при миеломной болезни. После проведенного лечения наблюдалось улучшение сорбционной способности эритроцитов, более существенное — при сочетании базового лечения с СЭТ, хотя эти различия и не были достоверными (Р > 0,05).

Итак, улучшение реологических свойств крови приводит к ликвидации микроциркуляторных нарушений; это, в свою очередь, способствует более эффективному функционированию детоксикационных систем организма и уменьшению проявлений интоксикации.

Следует также заметить, что при применении у пациентов с лимфопролиферативными заболеваниями вобэ-мугоса Е не было зафиксировано ни одиного случая побочного действия или непереносимости препарата.

Таким образом, препарат вобэ-мугоса Е, положительно влияя на микроциркуляцию на фоне химиотерапии у пациентов с миеломной болезнью и хроническим лимфолейкозом, проявляет детоксикационные и антиоксидантные свойства.

Интересные данные приведены В.И. Тарутиновым и соавторами (1999), которые исследовали возможность усиления полиэнзимными препаратами лекарственного патоморфоза рака молочной железы [150].

Исследование проведено с участием 55 больных раком молочной железы (РМЖ) П-IV стадий (T2-4N1-3M0). Больные в предоперационный период получали неоадьювантные курсы ПХТ с учетом чувствительности опухоли к химиопрепаратам (метод Г.И. Кулик). В схемы неоадьювантной химиотерапии входили препараты: циклофосфамид, метотрексат, 5-фторурацил (схема CMF) или циклофосфамид, адриабластин, доксорубицин, 5 фторурацил (схема CAF); 23 пациенткам одновременно назначали ферментный препарат вобэ-мугос Е или вобэнзим по 4–5 таблеток 3 раза в сутки за 1 ч до еды. После окончания неоадьювантной ПХТ через 1–3 сут проводили радикальную операцию (в зависимости от показаний в объеме от квадрантэктомии до мастэктомии по Холстеду или Пейти).

Из удаленных опухолей вырезали три тканевые пластинки (периферическая, промежуточная, центральная зона РМЖ), из которых готовили гистологические срезы, окрашивая их гематоксилин-эозином и по ван Гизону. Морфометрию проводили с помощью окулярной сетки с 25 тест-точками по Г.Г. Автандилову (1980), подсчитывая объемные доли содержания жизнеспособной опухолевой паренхимы и нежизнеспособного опухолевого компонента. Критерием девитализации раковых клеток считали кариопикноз, кариорексис, кариолизис, многоядерные «цитомегаллы».

Клинические результаты оценивали при сопоставлении групп больных, которым проводили неоадьювантную ПХТ (32 пациентки) без СЭТ и с применением СЭТ (у 23 пациенток). Принимали во внимание наличие побочных токсических явлений (тошнота, отсутствие аппетита, головная боль и другие явления дискомфорта).

При оценке клинических результатов отметили, что в группе больных, которым проводили неоадьювантную ПХТ без СЭТ, у 21 пациентки наблюдались выраженные побочные явления — тошнота, головная боль, слабость, снижение аппетита и др. В то же время 11 больных, которым неоадьювантную ПХТ назначали на фоне СЭТ, подобных жалоб не предъявляли.

Объемная доля жизнеспособной опухолевой паренхимы (ОДЖОП) в РМЖ приведена в табл. 61.

Неоадьювантная ПХТ на фоне СЭТ снижает ОДЖОП на 15,6 %.

Следует подтвердить упомянутую выше тенденцию к усилению противоопухолевого действия доксорубицина полиэнзимным препаратом вобэ-мугос Е клиническим наблюдением, связанным с усилением полиэнзимами лекарственного патоморфоза РМЖ.

Таким образом, СЭТ позволяет улучшить непосредственные результаты цитостатической терапии, уменьшить частоту и степень выраженности общетоксических проявлений во время лечения,
Безусловно, исследование различных возможностей применения полиэнзимных препаратов в практике клинической онкологии еще далеко не завершено, однако изложенные результаты позволяют рекомендовать СЭТ как важную составляющую сопроводительной и реабилитационной терапии онкологических больных.

На нашем сайте используются файлы cookies для большего удобства использования и улучшения работы сайта. Продолжая, вы соглашаетесь с использованием cookies.
Developed by Maxim Levchenko